Пожалуй, я все же введу тег «верхом» (верховая езда). Записи – большей частью для себя. Потому что все эти детали имеют свойство забываться. Если бы я когда-то вела записки по изучению китайского или немецкого, их было бы сейчас интересно почитать - во всяком случае, мне.

Сумма суммарум на настоящий момент (в активе, «пассив» не считается): три страны, две конных школы, один клуб, один центр разведения, один конно-отель, пять пород. Что было до того тоже не считается (привет казакам, их «дичкам» и светлый поклон Терскому конному заводу). Высшая цель на несколько лет: проехать верхом по старым торговым путям. Какие точно – знаю, давно мечтаю, но пока умолчу.

Итак, породы:

Пасха - особое время в горах. К Пасхе снег в долинах уже обычно сходит и зацветают яблочные плантации. В Южном Тироле они тянутся от края до края: от Решена на границе со Швейцарией до Доломитов, от которых до Вероны уже рукой подать. Это сплошное белое море, и если в это время подняться к ледникам, то иногда можно уловить в воздухе неповторимое сочетание ароматов: вечных льдов – и яблонь. Случается, когда еще вдруг находит метель, и ты внизу, на плантациях – вокруг тебя поднимается пурга из снега и нежных белых лепестков. Правда, если не повезет, немедленно включатся распылители, чтобы защитить соцветия корочкой льда. При минусовых температурах распылители включаются всегда: лед защищает цветы от холодового шока. Счастье проехать потом поутру среди яблонь верхом, хотя лошади возбуждены и пугливы.

Время салатов с крокусами прошло. Наступило время запеканок с ревенем и ревенных морсов. На высокогорьях зацвели яблони. Опробованы новые беговые ботинки. В общем, весна пришла окончательно, так что можно сказать.
Всю зиму регулярно проходила в сауну. Не усердствуя, раз в неделю. Правильно, последовательно охлаждалась. Результат: за всю зиму ни разу не чихнула. Какое это достижение, если на тебя каждодневно чихает 200 студентов, могут оценить только доценты. Ну, и вообще люди социальных профессий.
Так что, господа, чихайте на прививки от гриппа. Есть более приятные и правильные средства избежать и его, и простуды.
Думаю, что к следующей зиме – или по возможности – начну заниматься зимним плаванием. Это – однозначно мое. Позитивных ощущений – масса. А босиком по снегу я и так всю зиму проходила J

В этом городе нет счастливых лиц.
На этом можно было бы закончить.

Тем, кто любит Нью-Йорк, под кат ходить не стоит.

Нёстлингер – настоящая венка: дьявольски умная, острая на язык, за словом за пазуху не лезет и выскажет все, что думает. А как она читала! Она затмила всех, даже Корнелию Функе – читала как самая настоящая ведьма, старая, хитрющая; детвора в зале визжала от восторга. Бывает, что писателям на их вечерах попадаются, скажем так, не слишком адекватные ведущие. Вечер Нёстлингер вела исключительно неподходящая для этого женщина, раз за разом задававшая исключительно глупые вопросы. Полагаю, после этого мероприятия она с месяц пила валерьянку или, надеюсь, вовсе завязала со своими сценическими амбициями: каждый писатель по разному обходится с ведущим, задающим не самые умные вопросы – обычно обходительно. Нёстлингер изничтожила ее своим юмором – только перья летели.

Пара выдержек:

- Кристине, вчера вы получили премию «Корина». Это далеко не первая ваша премия. Но, пожалуй, самая известная из всех, полученных вами – это премия имени Астрид Линдгрен. С Линдгрен вы были знакомы лично. Какими были ваши впечатления?
- Астрид была исключительным человеком, очень светлым. От нее словно исходила некая энергия. Астрид очень ясно умела дать понять: я люблю этот мир, я люблю людей – и я люблю тебя.
- Читая ваши книги, замечаешь, что вы людей – не любите.
- Хм, вы знаете, Астрид тоже любила далеко не всех людей.
...

Да, это некачественная фотография. Но она мне дорога.

Собственно, фотографировать было запрещено. Но фотографировали все: наскоро, тайком – но абсолютно все. В конце концов, это не библии Гутенберга, преследующие тебя из страны в страну. Это то, что действительно берет за душу.

Это игрушки Кристофера-Робина. Тот самый медведь Эдвард, который стал прототипом Вини-Пуха, и остальные все-все-все (только Ру, кажется, утерян). Согласно информации на стенде, Робин получил Эдварда на свой первый день рождения. В 1947 году Милн привез игрушки в США, и с 87 года их выставляют в Нью-Йоркской Публичной библиотеке. Посмотреть на игрушки в лучшем качестве можно здесь или здесь, и там же дальнейшая информация (в некоторых аспектах отличающаяся от информации на выставке; но это не ново).

Под катом – эта же фотография в большем размере и еще одна. Видно, какой у Кенги сколеоз :)
Латаные-перелатаные, затертые, милые старые игрушки.

Завершила семестр – длительный, и через это менее напряженный, чем думалось. На носу – следующий.

Оценила восточное побережье США. Цена: тринадцать мозолей, две из которых многослойные. И это – в спортивных ботинках.

Накопилось много библиотек, университетов, авторов и литературных вечеров с двух континентов. Так что, наверное, продолжение следует.